March 4th, 2019

Этноконфессиональное будущее Сирии

Коллега denalt считает, что курс на единую Сирию, которую ведет русская власть - ошибочен.

Потому что в таком случае неизбежно снова арабо-суннитское большинство начнет качать права, как это постоянно бывало в истории (и с чего события 2011 и начались). Соответственно, выходом из положения видится выделение алавито(+прочих шиитов)-христианской части в новую, скажем так, Малую Сирию. И сброс суннитского балласта. Мнение логичное. И я тоже считаю, что это имело определенный смысл, особенно, пока война не раскочегарилась. На 2011 год расклад был прост и понятен - 60-70% страны составляли арабы-сунниты. чуть более 10% было алавитов, суть менее 10% - христиан, курды(которые тоже сунниты, но этническая неприязнь перевешивает религиозное единство) и всяческие друзы на сдачу. И, понятно, что строить устойчивую (не-суннитскую) нацию, имея 70% суннитов - это убийственный номер. Тут я полностью согласен.

Но есть одно но - этноконфессиональные расклады Сирии драматически меняются. Многие миллионы сирийцев покинули страну, еще больше - перемещенных лиц внутри страны. Целые местности обезлюдели, местами полностью поменялся религиозный состав, причем несколько раз.

И сейчас, когда пыль постепенно уляжется, видимо, предстанет немного другая Сирия. В западной прессе уже пишут про то, что Путин (опять) всех переиграл - мол, сирийцы-асадовцы, при поддержке русских и иранцев тупо устроили невиданные с 1940-х этнические чистки, тем обеспечив стабильность страны в будущем. Гражданская война началась в 2011 с беспорядков суннитских масс в Хомсе. А вот что там происходит в последнее время:

A NEW Syria is emerging from the rubble of war. In Homs, which Syrians once dubbed the “capital of the revolution” against President Bashar al-Assad, the Muslim quarter and commercial district still lie in ruins, but the Christian quarter is reviving. Churches have been lavishly restored; a large crucifix hangs over the main street. “Groom of Heaven”, proclaims a billboard featuring a photo of a Christian soldier killed in the seven-year conflict. In their sermons, Orthodox patriarchs praise Mr Assad for saving one of the world’s oldest Christian communities.

Homs, like all of the cities recaptured by the government, now belongs mostly to Syria’s victorious minorities: Christians, Shias and Alawites (an esoteric offshoot of Shia Islam from which Mr Assad hails). These groups banded together against the rebels, who are nearly all Sunni, and chased them out of the cities. Sunni civilians, once a large majority, followed. More than half of the country’s population of 22m has been displaced—6.5m inside Syria and over 6m abroad. Most are Sunnis.

https://www.economist.com/middle-east-and-africa/2018/06/28/how-a-victorious-bashar-al-assad-is-changing-syria

Причем, началось все раньше, когда режим шатался. Асадовцы уже несколько лет назад вывозили из Идлиба целые деревни шиитов, и гнали туда суннитов.



“Iran and the regime don’t want any Sunnis between Damascus and Homs and the Lebanese border,” said one senior Lebanese leader. “This represents a historic shift in populations.”

Key for Iran are the rebel-held towns of Zabadani and Madaya, where Damascus residents took summer breaks before the war. Since mid-2015 their fate has been the subject of prolonged negotiations between senior Iranian officials and members of Ahrar al-Sham, the dominant anti-Assad opposition group in the area and one of the most powerful in Syria.

Talks in Istanbul have centred on a swap of residents from two Shia villages west of Aleppo, Fua and Kefraya, which have both been bitterly contested over the past three years. Opposition groups, among them jihadis, had besieged both villages throughout the siege of Aleppo, attempting to tie their fate to the formerly rebel-held eastern half of the city.

The swap, according to its architects, was to be a litmus test for more extensive population shifts, along the southern approaches to Damascus and in the Alawite heartland of Syria’s north-west, from where Assad draws much of his support.


https://www.theguardian.com/world/2017/jan/13/irans-syria-project-pushing-population-shifts-to-increase-influence

В общем, in Zabadani, Amir Berhan, director of the town’s hospital, said: “The displacement from here started in 2012 but increased dramatically in 2015. Now most of our people have already been taken to Idlib. There is a clear and obvious plan to move Sunnis from between Damascus and Homs. They have burned their homes and fields. They are telling people ‘this place is not for you anymore’.

Никаких официальных данных, понятно, нет - есть только прикидки. Например, такие:







Как хорошо видно, некоторые уже считают, что арабов-суннитов в Сирии осталось менее 49%! Причем - это во всей Сирии, включая Идлиб и северную зону, где турки хозяйничают. Если брать земли под контролем Асада - то тут еще интереснее пропорция должна быть.

Исторически именно стратегически важный узел, соединяющий Алеппо, Дамаск и Латакию был районом проживания самых упоротых суннитов. Про Хаму, пишут, даже поговорка была у французов, во времена мандата - "In Damascus, it takes only three men to make a political demonstration, while in Hama it takes only three men to get the town to pray".

Не случайно, именно здесь случались постоянно беспорядки - в этой самой Хаме батюшка Хафез жесточайшую резню устроил в 1980-е, а в 2011 именно с волнений в Хомсе началась Гражданская война. Теперь, как видно, этот узел конкретно зачищен, а суннитам больше не рады.

Запомним этноконфессиональную карту Сирии такой:



Видимо, карта новой Сирии будет совсем другой. И тут уже впору думать не о том, как отсоединять Алавитостан.... а о том, как присоединять Ливан. В Ливане суннитов только 27% при историческом господстве христиан и современном неформальном лидерстве шиитской общины (у которой есть Хезболла и очевидные связи с Сирией и Ираном). Так что можно получить веселое чудо-юдо на выходе.